Статья опубликована в № 5489 от 26.05.2022 под заголовком: Иран не тянет к сделке

Иранская «ядерная сделка» стала маловероятной

Американцам уже не нужна нефть Тегерана для замещения российской

Госсекретарь США Энтони Блинкен 25 мая заявил, что страна «вводит санкции» против «сети контрабанды [иранской] нефти и отмывания денег», цитирует его РИА «Новости»: «Эта сеть пользуется поддержкой высоких эшелоном правительства Российской Федерации и государственных экономических предприятий». А по информации издания Politico, президент США Джо Байден принял решение не исключать КСИР из американского списка террористических организаций.

«Администрация Байдена [до этого] решила найти нефть в странах, которые она кошмарила на предыдущей этапе [своей] деятельности, – заявил «Ведомостям» пресс-секретарь «Роснефти» Михаил Леонтьев. – В Венесуэле этого сделать не удалось, но сделка с Ираном была уже в высокой степени готовности, и то, что говорит Блинкен, – это прикрытие провала сделки. А КСИР – это жупел, и Блинкен размахивает им».

По словам Блинкена, американские санкции грозят каждому, кто покупает иранскую нефть. Под санкции, в частности, попала компания из Объединенных Арабских Эмиратов Zamanoil DMCC, которая, по утверждению американских властей, сотрудничала с «российским правительством и российской государственной компанией «Роснефть» в транспортировке крупных партий иранской нефти компаниям в Европе.

«Мы будем отстаивать свои интересы в суде, – заявил Леонтьев. – Все, что говорит Блинкен, является заведомым недоказуемым враньем, имеющим шкурную подоплеку».

Портал Axios в марте со ссылкой на источники в США и Израиле сообщал о планах Белого дома КСИР из американского списка террористических организаций в обмен на публичное обязательство Тегерана «сдерживать эскалацию» в регионе. Формально это не должно было быть связано с возобновлением «ядерной сделки» с Ираном (Совместного всеобъемлющего плана действий по ядерной программе Ирана, СВПД), из которой США вышли при администрации Дональда Трампа, а при Байдене возобновили переговоры о ее восстановлении. Фактически, говорили эксперты, снятие санкций с КСИР означало бы снятие санкций со значительной части иранской экономики и рассматривалось иранской стороной в связке с возобновлением «ядерной сделки». 

По сведениям Politico, Байден 24 апреля сообщил израильскому премьеру Нафтали Беннету о позиции Вашингтона, которая заключается в том, что, пока Иран не согласится предпринять шаги для смягчения связанных с вопросами безопасности опасений, выходящих за рамки «ядерной сделки», Вашингтон не исключит КСИР из списка террористов. В свою очередь, как пояснил источник издания, администрация американского президента не изменит подход, «особенно с учетом продолжающихся угроз со стороны КСИР».

Представитель госдепартамента Нед Прайс, комментируя материал Politico, сообщил, что США хотят видеть взаимное возвращение к «ядерной сделке». «Но, разумеется, Ирану придется пойти на уступки», – пояснил Прайс. 

С начала Россией спецоперации на Украине возврат к сделке и последующее снятие санкций с Ирана рассматривались Вашингтоном как способ снизить мировые цены на нефть и вытеснить российское сырье с рынка с помощью снятия нефтяного эмбарго с Тегерана. 4 мая Прайс заявил на брифинге, что из-за высокой неопределенности «сейчас мы в равной степени готовимся к любому сценарию» – как с наличием, так и с отсутствием соглашения. 

Иран, настаивающий на снятии сначала ряда санкций и лишь затем готовый выполнять положения сделки, также не демонстрирует желания любой ценой и как можно быстрее перезаключить СВПД. Его экономика, очевидно, приспособилась к санкциям, что 5 мая подтвердил в своей оценке агентству Reuters директор департамента Ближнего Востока и Центральной Азии МВФ Джихад Азур. По его мнению, на фоне высоких мировых цен на нефть Ирану, несмотря на эмбарго и значительный дисконт для полулегальных поставок, удается даже увеличивать доходы от экспорта. 

О величине дисконта может дать представление решение иранского парламента по национальному бюджету. Так, в марте он одобрил увеличение предельного объема экспорта нефти и конденсата с прошлогодних 1,2 млн барр. в сутки по цене $60/барр. до 1,4 млн барр. в сутки из расчета $70/барр. Это сопоставимо с тем, как в апреле торговалась российская Urals с учетом рекордного дисконта в $35/барр. (или 33%). Согласно сообщению Минфина от 4 мая, средняя цена российской нефти Urals в апреле составила $70,52 за баррель.

На торгах лондонской биржи ICE 25 мая июльский фьючерс нефти марки Brent торговался днем в районе по цене $114,8/барр. В марте, когда Reuters и Axios сообщили о возможном снятии санкций с КСИР без привязки к СВПД и с обязательной для Ирана «деэскалации» в Сирии, Йемене и Ливане, Brent торговалась на отметке $107,01 за баррель.

Формально переговоры по СВПД были приостановлены с марта, главным образом, из-за того, что Иран настаивает на исключении КСИР из списка иностранных террористических организаций США (FTO), куда он был внесен администрацией Трампа в 2019 г. КСИР – элитное военно-политического объединение, тесно интегрированное в иранскую армию, властные структуры и экономику страны. А 25 мая Блинкен назвал именно сотрудников КСИР, бывших и действующих, ответственными за «контрабанду нефти и отмывание денег».

Как сообщил Reuters неназванный высокопоставленный иранский чиновник, комментируя застой в переговорах по СВПД, «время на нашей стороне» и «наша ядерная программа продвигается по плану». «Если переговоры провалятся, это не будет концом света», – добавил собеседник агентства. По его словам, экономика Ирана сейчас не столь сильно зависит от возобновления сделки и это обстоятельство обеспечит сильные рычаги воздействия для Тегерана, если или когда переговоры возобновятся.

Примерные объемы нефти, которые могут быть выброшены на рынок в случае перезаключения «ядерной сделки» и снятия действующего с апреля 2019 г. полного нефтяного эмбарго с Ирана, оцениваются более чем в 2 млн барр. в день, поясняет «Ведомостям» аналитик товарных рынков «Открытие инвестиций» Оксана Лукичева. Как сообщал Reuters иранский высокопоставленный чиновник, экспорт иранской нефти на самом деле составляет около 1,5 млн барр. в сутки, причем большая часть идет в Китай с большим дисконтом, который иранские власти отказываются раскрыть. Лукичева считает такую оценку фактического экспорта нефти Ираном близкой к реальности. Даже на этом фоне для США экономическая потребность в выбросе значительных объемов легальной иранской нефти на рынок для снижения цен сохраняется, полагает Лукичева. Но ею, вероятно, временно жертвуют во имя политических интересов ключевого союзника – Израиля, который в «ядерной сделке» не заинтересован, полагает эксперт «Открытие инвестиций».

Иранская нефть является важным, но далеко не единственным фактором, влияющим на позицию Вашингтона по «ядерной сделке», согласен директор Фонда изучения США им. Франклина Рузвельта в МГУ Юрий Рогулев. По его словам, помимо традиционно ключевого союзника в регионе – Израиля недовольны сделкой еще и важные партнеры Вашингтона – монархии Персидского залива, а также Саудовская Аравия. С ними отношения начали портиться еще при президенте Бараке Обаме, когда и была заключена сделка с Ираном, и до сих пор остаются сложными, в особенности с наследным саудовским принцем Мухаммедом бен Салманом Аль Саудом, говорит эксперт. 

В условиях, когда охладевшие к США арабские союзники могут укрепить сотрудничество с Россией, администрация Байдена считает завоевание их симпатий более весомым вопросом, чем иранскую нефть, охлаждение цен и замещение российского сырья, говорит Рогулев. 25 мая Axios сообщил со ссылкой на представителей американских властей, как бывших, так и действующих, о начале секретных переговоров между США и Саудовской Аравией о наращивании нефтедобычи. Это позволит Вашингтону ввести широкий спектр санкций против российской нефти и снизить цены на топливо в США перед выборами в стране.

Администрация Байдена, очевидно, готовит американскую общественность к возможному провалу сделки, уверен главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов. Белый дом, соответственно, уже пытается сделать вид, что договариваться с Ираном он не столь был и настроен. Кроме того, из-за значительного изменения мировой геополитической ситуации «иранская угроза» стала куда менее заметной для американской общественности.

В то же время США все еще готовы восстановить соглашение даже вопреки мнению союзников – СВПД отвечает американским интересам, как их видит администрация Байдена, считает научный сотрудник Центра ближневосточных исследований ИМИ МГИМО Адлан Маргоев. Но проблема на венских переговорах осталась прежней: Иран не готов возвращаться к полному соблюдению СВПД, пока значительная часть его вооруженных сил считается США террористами. Это одновременно и репутационный вопрос, и экономический: если снять с Ирана санкции в целом, включая эмбарго, оставив под ними КСИР, зарубежные инвесторы и торговые партнеры Тегерана будут по-прежнему опасаться работать с иранскими контрагентами, поскольку в любой момент Вашингтон сможет найти в этих цепочках транзакций тех, кто связан с КСИР, – это будет легитимной, с американской точки зрения, причиной оштрафовать любую компанию или банк с присутствием в США.

Можно также констатировать, что переговоры затягиваются и потому, что два их главных участника – США и Иран – подвержены «санкционной самоуверенности», отмечает Маргоев. Первые убеждены, по опыту администрации Трампа, что односторонние санкции США работают не хуже скоординированных многосторонних и потому можно в одиночку задушить иранскую экономику. Вторые, напротив, приспособились к жизни в этих условиях и уверены, что справятся с этим и дальше. Поэтому ни США, ни Иран не спешат идти на уступки друг другу, хотя Вашингтону по-прежнему нужна прозрачная и ограниченная иранская ядерная программа, а Тегерану – свободная торговля нефтью и нефтепродуктами, а не контрабандные поставки со скидкой, заключает эксперт.

Читать ещё
Preloader more